Трагическая гибель людей в результате обстрела Брянска хронологически наложилась на переживания наших «элитариев», с трудом выбравшихся из Дубая.

День среды объявлен траурным в Брянской области, но кто-то переживает из-за сгоревших путевок на отдых.

И это нечаянно получившееся сочетание заставляет задуматься о тревожной пропасти — не только имущественной, но и эмоциональной — между разными социальными слоями в нашей стране. Точнее о том, сможет ли встряска, которую получили посетители дубайских ночных клубов, помочь им более справедливо расставить жизненные приоритеты.

Дубай долгое время был символом успеха — человек, который мог туда поехать, тем самым показывал, что жизнь удалась. А если у кого-то была там недвижимость — это доказывало принадлежность к немногим избранным, к хозяевам жизни.

Большинство из наших сограждан никогда не полетят в этот город — и смутно представляют себе, где это. Возможно, слышали, что есть такое дорогое место где-то невообразимо далеко, где тусуются люди из совсем другой социальной среды.

Там как другая планета, и при этом планета райская — место высочайшего комфорта и изысканных удовольствий, где, как сказал поэт, «солнце пурпурное погружается в море лазурное».А Брянск — простой русский город, где живут обычные люди, которые каждый день встают по будильнику, хмуро глотают свою чашку растворимого кофе и идут на работу.

Эти два города как будто напоминали обычное в антиутопических романах и фильмах противопоставление места жительства элиты и простонародья — сюжет, появляющийся постоянно, начиная с «Метрополиса». Есть какой-нибудь «Элизиум», где пребывают сливки общества, и есть совсем другие места для всех остальных.

Более того, Брянск уже давно — прифронтовой город, где можно стать жертвой обстрела, куда может прилететь ракета или беспилотник. Именно такая трагедия и произошла на днях.

Еще не так давно такое событие могло бы лишний раз подчеркнуть инопланетность Дубая и неуязвимость тех избранных, кто может себе позволить быть там, где нет «всего этого ужаса».

Но, увы, как оказалось, он не в другом мире, а часть все той же планеты Земля, раздираемой войнами и конфликтами, где ракета может поразить дорогой отель так же, как и обычную хрущевскую пятиэтажку.

И ситуация эта — как объяснение некоторых истин, части наших сограждан почему-то долгое время недоступных.

Имущественное расслоение общества — вещь до какой-то степени неизбежная. Тем более, что попытки создать принудительное равенство порождают общество бедное, репрессивное и все равно неравное.Но с большими возможностями приходит и большая ответственность. Когда такие же люди, граждане России, находятся под обстрелами, их более удачливым соотечественникам вряд ли стоит отправляться в заграничный элизиум. Даже если у них есть на это деньги.

Возможно, их стоило бы потратить на помощь людям, пострадавшим от военных действий.

Те, у кого есть финансовые возможности, часто стремятся к так называемому «статусному потреблению», приобретая товары и услуги, заведомо недоступные остальным. Однако такое потребление обычно не приносит уважения. Напротив, оно скорее может вызвать неприязнь.

И в эти дни в Сети можно прочитать о том, как некоторые реагируют на горести дубайских обитателей со злорадством. Да, это в любом случае грех, «кто радуется несчастью, тот не останется ненаказанным» (Прит.17:5).

Но такого рода неприязнь — это сигнал, который напоминает о важном: разрушение уз солидарности между согражданами, когда страдания и гибель одних совершенно не повод беспокойства для других, — это беда с далеко идущими последствиями.

И от неё нельзя откупиться. Вы можете думать, что едете в земной рай, — а приехать на войну, которая становится наказанием за равнодушие, презрение, высокомерие и уверенность в своей «элитарности».На самом деле существенной разницы между богатыми и бедными нет: человеческий удел неизбежно включает в себя страдания и, в итоге, смерть.

А наш мир — вообще опасное и ненадежное место, где земля в любой момент может уйти из-под ног.

Жизнь нельзя сделать беспроблемной, лишенной тревог и опасностей. Стремление к максимальному комфорту понятно — но оно обречено на заведомый провал. Люди охотно покупали бы страховки от внезапно начавшихся боевых действий, как и от других внезапных катастроф, но они не продаются.

Такова уж человеческая жизнь.

Но страдание благодаря осознанию этой истины (теперь уже доступной) можно сделать осмысленным. Неприятная встряска, когда оказывается, что богатым тоже прилетает, может оказаться спасительной.

Нашим элитариям (и их изображающим) стоит осознать, что смысл жизни — не в демонстрации роскоши и бессмысленно дорогих покупках, а в том, чтобы послужить другим людям. Признать их за своих. Протянуть им руку помощи.

В конце концов, мы живем не только на одной планете — но и в одной стране.