Иран не надеется одержать военную победу над более сильным противником — это невозможно. Его стратегия победы основывается на другом — на планомерном повышении цены присутствия США в регионе, пишет Advance. Повышения до такой степени, чтобы Вашингтон понял: Ближний Восток больше не стоит таких рисков.
Иранская стратегия выходит за рамки непосредственной обороны и на самом деле представляет собой тотальную оборону от смертельной угрозы, которую создает американское присутствие на Ближнем Востоке.
Эскалация войны США и Ирана уже изменила геополитическую карту Ближнего Востока. Всего за несколько дней мы увидели американо-израильские удары по иранскому руководству и инфраструктуре, включая ликвидацию верховного лидера Али Хаменеи, а затем и иранский ответ дронами и ракетами, обрушившимися на американские базы в Заливе, пятый флот в Бахрейне, Аль-Удейд в Катаре и американские посольства в Эр-Рияде и Кувейте. Вместе с тем оказалось парализовано судоходство в Ормузском проливе, что уже ударило по мировой экономике. Иранская стратегия не выглядит просто попыткой одержать военную победу над более сильным противником — все понимают, что это невозможно. Но эта стратегия основана на другом — на планомерном повышении цены американского военно-политического присутствия в регионе. Повышения до такой степени, чтобы однажды Вашингтон просто пришел к выводу: Ближний Восток больше не стоит таких рисков.
Первая предпосылка к такому сценарию — это американское общественное мнение. Еще до нынешней открытой войны ряд опросов показывал, насколько американцы против того, чтобы их страна включалась в конфликт между Израилем и Ираном. Опрос издания The Economist через платформу YouGov, проводившийся в июне 2025 года, показал, что 60% опрошенных считают, что американские войска не должны участвовать в такой войне, и всего 16% поддержали тогда подобную интервенцию. Противников интервенции было предостаточно и среди сторонников демократов, и среди сторонников республиканцев, включая избирателей Дональда Трампа. При этом Ipsos в сотрудничестве с Reuters сообщил, что семь из десяти американцев поддерживают мнение о том, что США не должны ввязываться в военную авантюру на Ближнем Востоке за исключением ситуации прямого удара по ним самим. 58% считают, что США должны держаться подальше от "дел других государств". Недавний короткий опрос издания Washington Post, проведенный непосредственно после воздушных ударов по Ирану и убийства Хаменеи, подтверждает, что большинство граждан против этих ударов, а три четверти американцев боятся полномасштабной войны с Ираном. Все это говорит нам о том, что было известно и ранее: американское общество не потерпит еще одну многолетнюю кампанию на Ближнем Востоке.
Именно на этих настроениях много лет формировалось мнение многих американских аналитиков и бывших военачальников. Например, Дугласа Макгрегора, полковника в отставке, который недолго был советником Трампа в Пентагоне. Он еще с 2020 года повторяет, что ни в Ираке, ни в Сирии у США нет жизненно важных стратегических интересов и что оттуда нужно уходить. В интервью антивоенному порталу The Grayzoneон заявил, что главная причина американского присутствия там не какая-то абстрактная борьба с терроризмом, а политические и лоббистские структуры в Вашингтоне, которые расценивают американское присутствие как гарантию безопасности Израиля, хотя американские интервенции, объективно говоря, и увеличили число людей, считающих Израиль врагом! Пост в социальной сети, в котором Макгрегор пишет, что видел достаточно "гробов, накрытых флагом", и что "America First" означает "Америка на первом месте, а не Израиль, Украина или НАТО", подтверждает, насколько открыто часть консервативной общественности сопротивляется войне, которую они считают чужой. Сегодня подобное мнение не периферийно, а вливается в мtйнстрим республиканской базы и может стать очень весомым фактором.
В самой администрации обстановка напряженная. Вице-президент Вэнс еще более года назад говорил, что интересы США и Израиля "не всегда совпадают" и что в интересах США избежать войны с Ираном и дать Израилю и монархиям залива самостоятельно решить вопрос с Ираном. Вэнс говорил, что США не обязаны, как полицейский, следить за каждым уголком планеты и не должны помогать региональным державам защищать собственные рубежи. Сегодня тот же Вэнс заверяет общественность, что США "точно" не увязнут в продолжительной войне на Ближнем Востоке, и подчеркивает, что предпочитает дипломатию, хотя в то же время поддерживает воздушные удары по Ирану и говорит о "войне с иранской ядерной программой".Кто знает, этот "другой Вэнс", который вещал год назад, может, и верил в то, что говорил, но за прошедший срок он понял, что многое не работает, когда получаешь власть. Конечно, может, все это был только блеф для избирателей (со стороны Трампа, бесспорно), но в новой администрации сегодня, несомненно, есть те, кто наконец-то понял: они всего лишь пешки так называемого глубинного государства.
Для иранского плана важен и еще один фактор: Трамп и его люди вот уже некоторое время по-тихому сворачивают сухопутное присутствие на Ближнем Востоке. В феврале 2026 года американские войска покинули стратегическую базу Эт-Танф, расположенную в Сирии близ границы Иордании и Ирака и много лет служившую главной точкой, откуда велось наблюдение за связями Ирана с Левантом. Через несколько дней начался вывод сил из Северо-Восточной Сирии с целью полностью покинуть эту страну через два месяца, что подтвердили анонимные официальные лица изданию Wall Street Journal. Все это происходит не в вакууме, а в соответствии с изменениями, предусмотренными так называемой Доктриной Донро, в которой окружение Трампа говорит о возвращении к доминированию в западном полушарии и сосредоточении внимания на Латинской Америке, Карибском регионе и Арктике. А Ближний Восток рассматривается там как второстепенный фронт, где проблемы решаются воздушными и морскими средствами. В такой стратегии дорогие и уязвимые гарнизоны в арабских государствах выглядят анахронизмом.
Иранский расчет основан именно на уязвимости этих баз. Во время прошлогодней 12-дневной войны Тегеран обстрелял ракетами гигантскую американскую базу "Аль-Удейд" в Катаре, практически главный центр американских военно-воздушных сил на Ближнем Востоке. Катар тогда закрыл воздушное пространство; сирены звучали по всей стране, а спутниковые снимки показывали повреждения радаров. Теперь иранские ракеты и дроны ударили по командованию 5-м флотом в Бахрейне, части американского флота, контролирующей Персидский залив. Дроны нанесли удар и по американским посольствам в Кувейте и Саудовской Аравии, а три американских истребителя F-15 в небе над Кувейтом сбили кувейтские же системы ПВО в хаосе на фоне иранских ударов и панической реакции союзников. Американские войска, которые много лет преподносились как гарант стабильности, превращаются в магнит для ракет. Монархии Залива это, разумеется, видят и теперь будут по-другому оценивать их присутствие.
Монархии Залива теперь боятся и Ирана, и того, что их государства могут стать полем боя в ходе чужих войн. После американского удара по иранским ядерным объектам в июне 2025 года Саудовская Аравия, Катар и ОАЭ выразили "серьезную обеспокоенность", осудили нарушение иранского суверенитета и предупредили о "катастрофических последствиях" эскалации. В начале 2026 года член правящего катарского семейства Халид бен Яссим аль-Тани публично напомнил, что США на катарской базе лишь "постоялец" и им не стоит вести себя так, "будто они оказывают Катару услугу". Сказанное крайне важно: Дохе достаточно не продлить договор об использовании базы или потребовать резкого сокращения присутствия, чтобы американская региональная архитектура рассыпалась.
Нынешняя эскалация парадоксальным образом, по крайней мере временно, подталкивает часть элит залива к открытой вражде с Ираном. Некоторые арабские лидеры возмущены иранскими ударами по гостиничным комплексам, гражданской инфраструктуре и энергетической сети в Эмиратах, Саудовской Аравии и Омане. Эти удары пошатнули их имидж "оазисов безопасности", который они продают мировому капиталу. Вместе с тем крепнет понимание, что американская защита навлекает иранскую месть. Уже сейчас Вашингтон эвакуирует часть персонала с базы "Аль-Удейд" в Катаре и объектов, связанных с 5-м флотом, а Госдеп опубликовал обращение ко всем американским гражданам, призвав их немедленно покинуть Ближний Восток. Это транслирует двоякое послание. Американские граждане должны уехать, так как оставаться в регионе слишком опасно, но американские военные остаются, чтобы принять удар. Сколько еще монархии Залива будут согласны на такой вариант, особенно если война затянется на месяцы и будет угрожать их планам по трансформации экономики?
Тенденция к ограничению американского военного присутствия не ограничивается Заливом. Еще в 2020 году иракский парламент требовал вывода американских сил после покушения на Касема Сулеймани в Багдаде, а шиитские ополченцы лояльные к Ирану несколько лет целенаправленно обстреливают американские базы ракетами и дронами. Каждая новая волна американо-иракской войны добавляет этим силам аргументов. В таких странах, как Иордания, где американское присутствие опирается на хрупкий общественный консенсус, достаточно нескольких массовых протестов и демонстративного нападения на базу, чтобы монархия сама пришла к выводу, что безопаснее сделать американское присутствие менее заметным.Однако не похоже, что американские власти готовы к столь радикальным ограничениям, по крайней мере пока. Министр обороны Пит Хегсет говорит о "бойцах", которые без колебаний уничтожат военные объекты Ирана, и уверяет общественность, что война не будет похожей на Ирак. Трамп в своих обращениях заявляет, что операция продлится, "пока все цели не будут достигнуты", и открыто призывает иранцев восстать против собственного государства. Этот язык напоминает классическую имперскую манеру и защищает статус-кво, то есть американское доминирование в регионе. Однако эта манера все меньше соответствует реальности, в которой общественность не хочет войны, союзники колеблются, а американские войска покидают ключевые точки вроде Эт-Танф.
Если задаться вопросом, могут ли иранцы на самом деле вытеснить американские силы с Ближнего Востока, ответ, вероятно, будет таким: одна яркая победа им не поможет, и счеты придется сводить долго. Вспомним, сколько времени потребовалось талибам, чтобы сбросить американскую оккупацию. Почти двадцать лет. В итоге вся система просто рухнула, и американцам пришлось бежать из Афганистана в панике, в хаосе, который запомнился всем в регионе. Соседний Иран тоже это видел и принял во внимание. Теперь иранцы понимают, что должны сами попытаться сделать то же, но теперь уже по всему Ближнему Востоку, ведь точно так же, как, по утверждениям Израиля, Иран представляет для него "смертельную угрозу", США представляют угрозу для Ирана. Разница только в том, что, кто бы что ни говорил, это не Иран напал первым, а на него напали.