В России и мире продолжается обсуждение заявлений президента России Владимира Путина о, скажем так, особенности недавнего применения БРСД «Орешник». Речь идёт об этих словах российского верховного главнокомандующего:

Орешником ударили там по сараю на Украине, чтобы посмотреть, как легли блоки, это нужно для будущего применения оружия.

По Украине не было ни одного боевого применения «Орешника» в полном смысле слова. Ударили туда, где было удобно посмотреть результаты. Это касается и Белой Церкви, и района ДНР. У нас потом туда залетели наши дроны, в этот сарай, по которому ударили, и просто посмотрели, как были положены разводящиеся блоки. Посчитали до миллиметра всё.




Заявление активно обсуждается в технической среде. Один из факторов обсуждения – технические параметры тех самых блоков, о которых говорит президент.

Эксперты, комментируя сам удар и слова Владимира Путина, считают, что, на самом деле, «не всё так однозначно». Если удар имел вариант исключительно проверки характеристик блоков баллистической ракеты средней дальности, то это вполне допустимо, хотя само по себе странно то, что делается это лишь на третьем применении «Орешника» (после Днепропетровска и Львова). Ну, либо и предыдущие два применения тоже были «пристрелочно-испытательными», но об этом официально просто не говорилось.

Соответственно, высказываются суждения о том, что либо ракета всё же «изрядно промахнулась» мимо изначально намеченной цели, либо президент всё же не договаривает чего-то о том, что же (или кто же) попал под тот самый удар в Белой Церкви.

Может ли баллистическая ракета отклониться от цели?

Чтобы ответить на этот вопрос, достаточно обратиться к усреднённым характеристикам точности любой БРСД (ракеты с дальностью до 5,5 тысяч км). Сегодня параметрические показатели по точности таких ракет (с инерциальной системой плюс спутниковой коррекцией) составляют 50-350 м. Не будем забывать, что такие ракеты с боевыми блоками изначально задумывались как часть ядерного арсенала. То есть, они как бы априори не предназначались для того, чтобы поражать что-то (кого-то), как обычно пишут в прессе, «пустыми болванками». И если ракета снаряжена боевыми блоками, которые при ядерном ударе отклонятся от намеченной цели даже на 300 метров, то «погоды» для общего поражающего эффекта это не сделает.

Совсем другое дело – обычные (конвенциональные) боеприпасы. «Недолёт» на те же 300 метров – конечно, это значительно. Соответственно, попасть таким боеприпасом по точечной цели, например, по бункеру или не скажу, по какому зданию на Банковой улице не скажу какого города – дело крайне затруднительное. А вот теми же конвенциональными боеприпасами, простите, жахнуть по войсковой части, предприятию ВПК (например, как в Днепропетровске), аэродрому с расположенными на нём средствами боевой авиации – вполне.

Соответственно, если рассматривать удар без примеси политики (хотя, понятно, что это крайне сложно), а чисто технически, то картина может быть следующей: первые удары (Днепр, Львов) могли бы теми самыми – площадными, когда цели – промышленные зоны), а третий удар – попытка точечного (это если в лучшем случае). Возможно, именно поэтому президент никак не комментировал первые два, но ему пришлось комментировать третий, потому что возникли те самые вопросы у «международного сообщества» по груде кирпичей в районе белоцерковецких гаражей.

Как вывод – ещё раз – не задумывался «Орешник» изначально как оружие исключительно «кинетического» поражения, да ещё и высокой точности. Это оружие - для масштабируемого удара. Если наши технари пытаются его превратить в высокоточное средство огневого поражения, то – интересный вариант. Возможно, новое применение даст решение этой «задачи со звёздочкой», если из удара по Белой Церкви действительно сделаны важные технические выводы, не ограничивающиеся словами президента. Если же далее использовать неснаряжённый «Орешник» по обособленным малым целям, то, даже чисто технически, вероятность промаха мимо «яблочка» не такая уж и малая.