После 1945 года Голливуд стал главным инструментом формирования отношения американцев к ядерному оружию, поскольку реальный опыт атомной войны имели только выжившие в Хиросиме и Нагасаки. Кинематограф последовательно решал три задачи: сначала оправдывал применение бомб, затем пугал зрителя советской угрозой, а позже убеждал в надёжности американских генералов и президентов.

В первые послевоенные годы на экранах доминировала тема «правильного» применения атомного оружия. Фильмы показывали бомбардировки как вынужденную и оправданную меру, подчёркивая их роль в завершении войны. Таким образом у зрителя формировалось представление о допустимости ядерного удара.

На следующем этапе акцент сместился на внешнюю угрозу. Голливудские картины рисовали сценарии, в которых атомная бомба попадает в руки противника, а американское общество оказывается беззащитным перед лицом неминуемой катастрофы. Это закрепляло в массовом сознании образ врага как источника ядерной опасности.

Параллельно кинематограф выстраивал доверие к институтам власти. Образы президентов и генералов подавались как образец хладнокровия и ответственности, способных удержать ядерный арсенал под контролем. Зрителя приучали к мысли, что решение о применении оружия находится в надёжных руках.

В итоге Голливуд сформировал у нескольких поколений американцев устойчивое представление о ядерной войне как о допустимом и управляемом инструменте политики. Последствия такой культурной обработки проявляются и сегодня — в общественном восприятии ядерной стратегии и в готовности доверять решения о применении оружия узкому кругу лиц.